Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
16:52 

Физиология медитации и религии

Ночной Сов
Пернатый огурец
Не открывать слабонервным! Ленту порвет в клочья!

Физиологам очень хочется понять, что же происходит в мозгу человека когда он молится или медитирует. Недавно вышедшая в нью-йоркском издательстве книга «Почему Бог никогда не исчезнет?» («Why God Won’t Go Away?») дает очень интересный ответ на этот вопрос. Авторы книги — врачи из Пенсильванского университета: Эндрью Ньюберг ( радиолог и нейробиолог мозга) и, ныне покойный, Юджин Д’Аквили (профессор психиатрии) - утверждают, что "Бог никогда не исчезнет в человеческом сознании, потому что религиозный импульс укоренен в биологии мозга."

Сканирование мозга, производимое во время медитации и молитв, показывает поразительно низкую активность в задней верхней теменной доле. Авторы называют расположенный там пучок нейронов «областью, ассоциированной с ориентацией» (ОАО), потому что главной функцией этих нейронов является ориентировка тела в физическом пространстве. Люди с поражением этой области с трудом находят дорогу даже в окрестностях собственного дома. Когда эта область находится в состоянии нормальной спокойной активности, человек четко ощущает различие между собственной личностью и всем окружающим. Когда же она пребывает в пассивном, «спящем» состоянии — в частности, при глубокой медитации и молитве, это различение теряется и, следовательно, границы между личностью и миром расплываются. Не это ли происходит с молящимися, которые чувствуют присутствие Бога, или с медитирующими, которые вдруг начинают ощущать свое единение со Вселенной?

Для проведения экспериментов исследователи с помощью своих коллег, занимавшихся тибетским буддизмом, отобрали восемь монахов, имевших опыт в медитации и согласившихся на сканирование мозга. Добровольцы приходили в лабораторию по одному, и техник вводил им в руку интравенозную трубку. Затем подопытным предлагалось медитировать, сосредоточиваясь при этом на каком-то единичном образе, обычно — на некотором религиозном символе. Цель эксперимента состояла в том, чтобы зафиксировать момент, когда ощущение человеком себя или своего «Я» (self) начинает растворяться и он начинает ощущать себя слившимся с мысленно выбранным для медитации образом. Как описывает это Майкл Бейме, один из медитировавших и одновременно участник исследовательской группы, такой переход ощущается, как «утрата границы. Как будто бы фильм вашей жизни прервался, и вы вдруг увидели тот пучок света, который проектировал этот фильм на экран».

Когда находящийся в состоянии медитации подопытный начинал ощущать появление чувства своей слитности с образом — обычно это происходило примерно через час после начала эксперимента, — ему в вену вводили радиоактивное вещество (глюкозу). В течение нескольких минут эти «меченые атомы» достигали мозга и распределялись по различным его участкам, собираясь в большем количестве там, где ток крови был сильнее, то есть там, где активность мозга была выше. Измеряя после этого сканером концентрацию радиоактивности в разных участках мозга, исследователи получали моментальный снимок мозговой активности в процессе медитации. По окончании эксперимента это распределение активности сравнивалось с ее распределением в состоянии покоя.

Оказалось, что во время медитации очень активны лобные доли, отвечающие за абстрактное мышление. Они всегда начинают работать интенсивнее при концентрации внимания на какой-нибудь конкретной задаче. Зато теменная область, ответственная за ориентацию, замирала.

Ученые предположили, что по мере развития у медитирующего индивидуума чувства слияния, единения с внешним по отношению к нему религиозным образом он, этот индивидуум, постепенно отключает участок ОАО от обычных сигналов, связанных с ощущением своего «место- и времяположения», которые помогают ему отграничить образ собственного тела от внешнего мира. «Наблюдение за людьми во время медитации показывает, что они действительно отключают свое восприятие внешнего мира. Их больше не беспокоят приходящие извне образы и звуки. Поэтому, возможно, их теменная доля не получает более никаких входных сигналов» — говорит Ньюберг. Лишенный своего нормального «питания», участок ОАО перестает нормально функционировать (что проявляется в снижении его активности), и человек чувствует, как будто граница между ним и всем остальным начинает растворяться и исчезать. А поскольку для него исчезают пространственный и временной «контекст», его охватывает чувство бесконечного пространства и вечности.

Ньюберг уже наблюдал сложное взаимодействие разных отделов мозга во время духовных практик, например у францисканских монахинь во время молитвы. В отличие от буддийских монахов, у них к созерцанию подключалась речь, так что активизировались и ответственные за нее части мозга. В остальном наблюдалось сходство: у человека, погруженного в себя, область внимания возбуждалась, а область ориентации тормозилась независимо от конфессии.
Чувство единения со Вселенной — не единственная особенность интенсивного религиозного опыта. Такой опыт несет в себе также большой эмоциональный заряд, сообщающий человеку чувство благоговения и глубокого смысла происходящего. Нейрофизиологи полагают, что появление этого чувства связано с другим участком мозга, отличным от теменной доли, а именно — с так называемым эмоциональным мозгом, лежащим глубоко внутри височных доль в боковых участках мозга, под его большими полушариями.

Этот участок мозга составляет часть так называемой лимбической системы, расположенной на внутренней стороне больших полушарий и регулирующей деятельность внутренних органов, инстинктивное поведение, эмоции, память и т.п. По мнению некоторых специалистов, этот участок возник в самом начале нашей эволюции. Ныне его функциями являются наблюдение за нашим жизненным опытом и маркировка особо важных для нас событий и образов — например, облика близкого человека. При такой «маркировке» данное воспоминание как бы помечается неким эмоциональным ярлыком, означающим «это важно».

Ученые считают, что во время интенсивного религиозного переживания «эмоциональный мозг» становится необычно активен, маркируя все, переживаемое в этом состоянии, как «особо важное». Такая гипотеза могла бы объяснить, почему люди, пережившие такой религиозный опыт, затрудняются объяснить его другим. Вот как комментирует это Джеффри Сейвер, нейролог из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе: «Содержание глубокого религиозного переживания — его визуальные и чувственные компоненты — точно те же, что и обычные, каждодневные переживания любого человека. Но височнодольная система «эмоционального мозга» маркирует эти моменты религиозного опыта индивидуума как чрезвычайно важные состояния, сопровождаемые ощущениями большого удовольствия и гармонии. Когда такой опыт пытаются описать другим, удается передать только его содержание и чувство его необычности, но никак не сопровождающие его внутренние ощущения»

Имеется много свидетельств, подтверждающих важность «эмоционального мозга» для религиозного опыта. Наиболее известны показания людей, страдающих эпилептическими припадками и рассказывающих о неких «глубоких прозрениях» во время этих припадков. По мнению Сейвера, «это напоминает рассказы людей, переживающих религиозно-мистическое откровение, когда их охватывает такое чувство, будто их «Я» становится прозрачным и сквозь его пустоту (и «пустоту» внешней реальности) они видят «реальность» более высокого порядка». Не случайно, замечает Сейвер, многие эпилептики имеют склонность к мистическим переживаниям. Так, Достоевский писал, что во время своих эпилептических припадков он «прикасался к Богу». Список религиозных мистиков, которые, по предположениям, могли быть эпилептиками, включает апостола Павла, Жанну д’Арк.

Богатством ощущений, которое привносит в повседневную жизнь резкая активизация «эмоционального мозга», может объяснить, почему все религии придают такое большое значение ритуалам, утверждает Ньюберг.
Принудительные и стилизованные церемониальные действия вырывают людей из обыденности и помогают «эмоциональному мозгу» маркировать их как значительные. К тем же результатам, кстати, может привести и религиозная музыка, вызывая то ли возбуждение, то ли тихое блаженство. Об этих наблюдениях докладывали японские исследователи еще в 1997 году.

Интересно исследование шведских и финских неврологов из Каролинского института Стокгольма. Они изучали последствия введения пациентам обезболивающих средств (анальгетиков) — тех, что действуют не в месте возникновения болевого ощущения, а в ЦНС, изменяя процесс обработки сигналов, которые поступают в головной мозг. Это прежде всего анальгетики опиоидной группы (от греческого opion — «маковый сок») типа морфина, с которыми обычно связано такое отрицательное явление, как привыкание, наркозависимость. Медики давно подозревали, что прием плацебо изменяет состояние опиоидных рецепторов, поскольку при вводе соединений, блокирующих эти рецепторы, эффект плацебо пропадает, а на людей с большим числом таких рецепторов плацебо действует сильнее (наверно, наркоманы лучше поддаются внушению).

Ученые использовали позитронную эмиссионную томографию, чтобы следить за процессами в мозгу у ощущающих боль пациентов, которым внутривенно вводили либо анальгетик, либо плацебо (конечно, то и другое делали с серьезным видом врачи в белых халатах). Оказалось, что в обоих случаях картина изменяется сходно. Значит, внушение, аутотренинг могут имитировать действие опия, и К.Маркс в своем известном высказывании о религии был не так далек от истины. Ну а в медицине давно считают аксиомой, что врач, общение с которым не приносит больному облегчения, профессионально непригоден.

Доктор Майкл Персингер, нейролог из университета в ни чем не примечательном американском городе Садбери, утверждает, что «встретить Бога» может чуть ли не каждый — для этого достаточно надеть некий специальный шлем. В течение нескольких лет Персингер использует технику, которую он называет «транскраниальной магнитной стимуляцией», вызывая с ее помощью «сверхъестественные» переживания у самых обычных людей. Действуя методом проб и ошибок, он обнаружил, что слабое магнитное поле (примерно того же порядка, что магнитные поля, генерируемые компьютерным экраном), сложным образом вращающееся против часовой стрелки возле височной доли головного мозга, вызывает у четырех из пяти людей ощущение, что рядом с ними в комнате находится некое призрачное существо.

Люди религиозного типа могут идентифицировать этот призрак как Бога. «И все это происходит в лаборатории. Легко себе представить, что произошло бы, если бы такое случилось с человеком ночью, когда он один, в своей кровати, — или в церкви, где имеется столь подходящий и существенный контекст», — говорит ученый. Персингер самолично пробовал надевать свой «чудотворный» магнитный шлем и, по его словам, тоже ощущал «призрачное присутствие», но у него это ощущение было ослаблено, поскольку он был слишком хорошо осведомлен о происходящем.
Не все, однако, согласны с тем, что персингеровские видения можно приравнять к тому, что переживают глубоко религиозные люди. Так, например, представитель главного лондонского раввина (не самый, надо думать, объективный судья) утверждает, что эксперимент Персингера столь же далек от истинно религиозного переживания, как настроение, созданное с помощью психостимулирующих лекарств, далеко от естественного психического состояния человека.

Тем не менее, как бы ни расценивать эксперименты Персингера, они с очевидностью показывают, что мистические переживания состоят не только из того, что мы чувствуем, но также из нашей интерпретации этого ощущения. «Мы подгоняем эти переживания под определенный стереотип, помещаем в отсек с определенным «ярлыком» (например, общение с высшим существом), и тогда наше переживание запоминается именно в таком виде. И такая подгонка производится бессознательно и занимает всего несколько секунд». Тут сказывается и то влияние, которое люди, как социальные животные, получают, разделяя с другими религиозные ритуалы.

Из изложенного выше следует любопытный и отчасти даже тревожный вывод: по какой-то не известной нам — то ли естественной, как скажут скептики, то ли сверхъестественной, как скажут верующие, — причине наш большой и мощный мозг наделен возможностью испытывать некий эволюционно относительно новый вид переживаний, которые мы называем религиозными. Как справедливо утверждает Ньюберг, «проблема заключается в том, что все наши переживания в равной степени порождаются мозгом — как ощущения реальности, так и мистические переживания». Фактически, как это ни звучит парадоксально, единственным критерием реальности для нас является то, насколько реальной мы ее ощущаем: «Вы можете видеть сон, и в это время чувствовать его реальным, но когда вы проснетесь, он тотчас перестанет быть для вас реальностью. С другой стороны, люди, подверженные мистическим переживаниям, считают их более реальными, чем обычная реальность, и сохраняют это убеждение, даже возвращаясь в обыденную реальность. Из этого круга невозможно найти выход».

Эти осторожные формулировки устраивают и верующих людей. В конце концов, можно ведь видеть в шекспировских сонетах просто чешуйки графита, разбросанные по поверхности листа целлюлозы, а можно — будучи человеком определенной культуры — видеть в них произведение великого духа, и это тоже будет правдой.

Необходимы более углубленные исследования

Физиология медитации
В 2003 году было сообщено о поистине революционном открытии руководителя лаборатории нейро- и психофизиологии Санкт-Петербургского психоневрологического НИИ им. В.М.Бехтерева, доктора биологических наук, кандидата медицинских наук, Валерия Борисовича Слезина. Речь идет об открытии четвертого состоянии сознания, которое возникает под действием молитвы. До сих пор наука знала три - бодрствование, быстрый и медленный сон.

В своем интервью Слезин В.Б. говорит: "Известно, что при бодрствовании в мозгу преобладают быстрые ритмы биотоков, что наблюдается и при сновидениях во время так называемого быстрого сна. Однако наряду с "быстрым" есть еще и "медленный сон", при котором преобладают медленные ритмы биотоков. Закон симметрии требует: раз существует "медленный сон", должно быть и "медленное бодрствование". И действительно, оно есть - это молитва".

Вопрос: Вы работаете над проблемой влияния молитвы на сознание, на здоровье человека. К каким выводам пришли?
- Воздействие молитвы на здоровье человека известно давно, поэтому хотелось проникнуть в нейрофизиологические механизмы этого процесса. К этому исследованию меня подвела вся предшествующая научная деятельность и многочисленные факты положительного влияния молитвы на больных.

Ее воздействие основано на теории нескольких уровней сознания. Сознание тогда сознание, когда может передать знание другому человеку. Если не может передать, значит - это уже не сознание, а отключение сознания.
Что мы сегодня знаем об уровнях сознания? Что оно не однородно.
Если мы возьмем младенца, который только что родился, у него уже есть на энцефалограмме дельта-ритм. И он уже будет передавать какие-то свои сведения матери. Кстати, тот же ритм возникает и во время молитвы. Когда ребенок созревает, где-то в четыре года у него появляется тетра-ритм, это, как говорит Фрейд - идеальное “Я”, т.е. связь с отцом, матерью, семьей.

Доктор медицинских наук Добронравова И.С. смотрела больных с черепно-мозговыми травмами, у которых полностью разрушена кора головного мозга и альфа-ритм не определяется, а остается семи-герцовый тетра-ритм. Они не слышат ничего, абсолютно не реагируют ни на какие звуки, сигналы и обращения, но если к ним подойдут родственники (так к одному пришла сестра, к другому жена, с которой он тридцать лет прожил), то у них меняется когерентность тока мозга. Они реагирует, даже пытаются поднимать глаза, т.е. реагируют на обращение только близкого человека. Это второй уровень сознания, связанный с формированием узкого круга людей — это собственно и есть гуманистическое сознание.

Вопрос: То есть, сегодня на основании изучения электропотенциала мозга, можно построить модель взаимодействия человека с окружающим миром?
- Наша беда в том, что этот уровень сознания современной цивилизации дедуцирован. Человек развивается где-то к 20 - 21 году и у него полностью формируется альфа-ритм. Это социальное сознание, социализация.
Ребенок, который имеет только сознание идеального “Я”, когда он видит идеал в отце и матери, в близких людях, то он как бы не ориентируется в пространстве, ведь его водят за ручку и он не может никуда пойти сам, и социум его не интересует. Развиваясь, человек входит в мир сознания социального, когда он учится в школе, институте, осваивает достижения человечества. Это третий уровень сознания.

Как-то мне попалось газетное сообщение, в котором говорилось, что один французский телеоператор был на работе в Сомали. В то время там было очень много голодных и от ООН работал центр раздачи пищи. К нему шли голодные истощенные люди, много детей и этот француз вел видеосъемку девочки, которая еле-еле шла к этому центру. Оставалось уже немного, но за ней скакал гриф, который ждал, когда она упадет, чтобы ее расклевать. И вот он отснял, как девочка упала, гриф ее клевал, он все это отснял на пленку. И когда его спросили, а почему, собственно говоря, он ее не поднял и не пронес оставшиеся 200-300 метров, ведь она ничего не весит, он ответил: "Ну, какое это имеет значение? Таких тысячи, может сотни тысяч, это статистически и практически нулевая величина. Какое это имеет для человечества значение?".
То есть, за человечеством он не увидел человека. Как оказалось, он воспитывался в неполной семье, где родители им не интересовались. У него практически даже не второй уровень сознания, ведь он не смог сострадать конкретному человеку, не статистически, а по-человечески. Вот что, к сожалению, утрачивается, прежде всего, всей современной цивилизацией, поэтому она становится, с одной стороны, добренькой, с другой стороны — крайне жестокой.

Вопрос: Как Вы проводили исследования влияния молитвы?
- Мы приглашали православных священников, был игумен из Лавры, были из духовной Академии, и записывали их энцефалограмму. Сначала мы записывали фон, затем они читали стихотворения, потом читали (про себя) молитву. Это удивительный феномен, это открытие. Мы видели, что при чтении молитвы появляется сознание как бы вне мозга. Появляется ритм мозга, как у новорожденных детей, т.е. человек уходит от земного.
Нейроны коры головного мозга, а таких нейронов у каждого десять миллиардов, содержат огромный объем информации, фантастически огромный. Ребенок рождается с маленькой головкой, а нейронов у него больше, чем у взрослого, поскольку в процессе жизни они отмирают. Маленькая голова растет и мы адаптируемся к земной жизни. Земля нас притягивает. Но все запечатлено, а забываем мы что-то или нет, никто этого не знает.
Поль де Крюи в книге „Борьба с безумием“ описал психически больных в состоянии катотонии* в течение многих лет, которые вдруг начинали говорить и пересказывать события, которые происходили рядом с ними.

Иногда происходят удивительные вещи, ставящие много вопросов перед наукой. Так я приведу случай, когда умирал профессор С. Он уже не говорил, ходил голый, т.е. наступил полный маразм, страшно смотреть. К нему пришла сотрудница. Она стала ему читать научную статью, сама не понимая, зачем она это делает. Вдруг он замычал, она изменила фразу, он опять замычал, она изменила фразу, он закивал головой. Так он, за несколько дней до смерти, в полном маразме, с запустевшими нейронами, совершенно четко исправил достаточно сложную статью.

Выходит, мы еще очень мало знаем, что в нас происходит. Мы все люди технократического мира, так смотрим телевизор, но 99% из нас понятия не имеют, как он устроен. Мы привыкли к всесилию техники, многое воспринимаем без критики, поскольку, естественно, проверить не можем, да и не хватит времени, сил и знаний.
В некоторых направлениях мы фактически вышли за грань познаваемого, где наука оказывается бессильной. Многие ученые так считают. Но это может привести людей к Богу, Истине.

Вопрос: Нарушение гармоничных взаимоотношений с окружающим нас людьми может приводить и к соматическим заболеваниям?
Давайте посмотрим, ведь в примитивно-общинном обществе нет инфарктов, а в цивилизованном их много. Что же происходит с мозгом? Человека кто-то оскорбил, он не отреагировал на это адекватно, у него активировалась негативная зона мозга (я занимался этими зонами, но это отдельная тема), создается застойный очаг, который приводит к разрушению организма.

Почему сказано: „Кто верит - тот спасется?“ Возьмем онкологию. Известно, что верующий неоперабельный онкологический больной живет, примерно, на 5-6 лет дольше, чем неверующий. Почему? Да потому, что когда мы узнаем о раке, страх сковывает человека, то есть происходит сильнейшая активация негативных зон. Это приводит к быстрому разрушению организма, к разрушению иммунной системы и быстрой гибели. Это все я экспериментально доказал. Что снимает вера и молитва? Страх. Человек, лишенный страха, может даже самоизлечиться.
Почему уныние считается одним из больших грехов для православного человека? Ведь и уныние, депрессия тоже приводят к разрушению иммунной системы. Это можно показать по параметрам крови и т.д., это общеизвестно.
И молитва может помочь увидеть, что все бренно, в том числе и ненависть, и она не так существенна перед лицом более Высокого.

Беседу вел Е.Е. Семенихин

@темы: Не мое, Подкоп в непознанное

URL
Комментарии
2014-08-13 в 21:07 

Diz Sheldon
Талант пользоваться душой потерян, а тело изначально было глупой затеей. Gillia
Так эта статья подводит к тому, что атеизм вреден?

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Истина всегда ошивается где-то поблизости.

главная